Достоевский и современники

Ланский 11. Её автор, Л. Ланский, изучил в архивах Москвы, Ленинграда и Киева тысячи неизданных писем людей, в той или иной мере соприкасавшихся с писателем. Выдержки из этих писем и дневников дают возможность увидеть Достоевского глазами его современников — родных и близких, друзей и врагов, литературных деятелей и журналистов, педагогов, студентов, учёных.

Ф. М. Достоевский в воспоминаниях современников. Во время учебы в Инженерном училище: «В числе этих молодых людей находился юноша лет​. Фёдор Михайлович Достоевский относится к числу великих писателей, значение которых со временем только увеличивается и раскрывается в сложной.

Значительное число современников, с которыми встречался Достоевский, здесь вводится в научный оборот, в большинстве случаев впервые даются их даты жизни, указываются места рождения и смерти, самым подробным и тщательным образом раскрывается вся история личностных и творческих взаимоотношений Достоевского с современниками, отмечается обширная критическая литература, приводятся архивные данные. Имена знакомых Достоевского перечисляются в алфавитном порядке, однако среди них встречаются лица, о встречах с которыми нет точных данных, но автор предполагает возможность таких встреч, и эти лица включены в данный раздел например, в раздел вошли писатели М. Авдеев , В. Авсеенко и др. В раздел включены также лица, о встречах которых с Достоевским существуют научные гипотезы, например, о встрече Достоевского с Н. Гоголем на вечере у А. Комарова в Петербурге осенью 1848 года.

Оценка творчества Достоевского современниками

Позднее творчество[ править править код ] В 1870—1880-х годах взаимоотношения Достоевского с мыслящими современниками усложнились [1]. Социально-политические и идеологические взгляды писателя, в частности его почвенническая утопия , расходились с передовыми взглядами современников [4]. Художественные произведения и сам метод художественноrо мышления сталкивались с определённым сопротивлением со стороны читателей [5]. Многим из современников писателя его произведения представлялись скорее исследованиями сложных душевных болезней, ценными не с художественной точки зрения, а с медицинской, психиатрической или криминалистической. Достоевский и Глеб Успенский[ править править код ] Русский писатель Глеб Иванович Успенский был современником Достоевского, однако тяготел к другому литературному лагерю и предпочитал очерки, а не романы [7]. Успенский не был лично знаком с Достоевским [8] , но открыто полемизировал или отрицал отдельные мысли писателя в своём творчестве [7] , тем не менее, соглашаясь по ряду вопросов с Фёдором Михайловичем [9].

Образ Достоевского

Достоевский в воспоминаниях современников Ф. Юноша этот был Федор Михайлович Достоевский… Достоевский во всех отношениях был выше меня по развитости; его начитанность изумляла меня. Григорович Д. Во всем училище не было воспитанника, который бы так мало подходил к военной выправке, как Ф. Движения его были какие-то угловатые и вместе с тем порывистые. Мундир сидел неловко, а ранец, кивер, ружье — все это на нем казалось какими-то веригами, которые временно он обязан был носить и которые его тяготили.

Нравственно он также резко отличался от всех своих — более или менее легкомысленных — товарищей. Всегда сосредоточенный в себе, он в свободное время постоянно задумчиво ходил взад и вперед где-нибудь в стороне, не видя и не слыша, что происходило вокруг него. Светло-каштановые волосы были коротко острижены, под высоким лбом и редкими бровями скрывались небольшие, довольно глубоко лежащие серые глаза; щеки были бледные, с веснушками; цвет лица болезненный, землистый, губы толстоватые.

Он был далеко живее, подвижнее, горячее степенного своего брата... Он любил поэзию страстно, но писал только прозою, потому что на обработку формы не хватало у него терпения... Мысли в его голове родились подобно брызгам в водовороте... Ризенкампф А. В начале литературной деятельности 1845-1846 гг. Панаева A. Такой оригинальный талант сказывался в ней, такая простота и сила, что повесть эта привела меня в восторг. Прочитавши ее, я тотчас же отправился к издателю журнала Андрею Александровичу Краевскому, осведомился об авторе; он назвал мне Достоевского и дал мне его адрес.

Я сейчас же к нему поехал и нашел в маленькой квартире на одной из отдаленных петербургских улиц, кажется на Песках, молодого человека, бледного и болезненного на вид. На нем был одет довольно поношенный домашний сюртук с необыкновенно короткими, точно не на него сшитыми, рукавами.

Когда я себя назвал и выразил ему в восторженных словах то глубокое и вместе с тем удивленное впечатление, которое на меня произвела его повесть, так мало походившая на все, что в то время писалось, он сконфузился, смешался и подал мне единственное находившееся в комнате старенькое старомодное кресло.

Я сел, и мы разговорились; правду сказать, говорил больше я — этим я всегда грешил. Достоевский скромно отвечал на мои вопросы, скромно и даже уклончиво. Я тотчас увидел, что это натура застенчивая, сдержанная и самолюбивая, но в высшей степени талантливая и симпатичная. Соллогуб B. Одет он был чисто и, можно сказать, изящно; на нем был прекрасно сшитый из превосходного сукна черный сюртук, черный каземировый жилет, безукоризненной белизны голландское белье и циммермановский цилиндр; если что и нарушало гармонию всего туалета, это не совсем красивая обувь и то, что он держал себя как-то мешковато, как держат себя не воспитанники военно-учебных заведений, а окончившие курс семинаристы.

Яновский C. Одетые в общий арестантский наряд, состоявший из серой пополам с черным куртки с желтым на спине тузом, и таковой же мягкой, без козырька, фуражки летом и полушубка с наушниками и рукавицами — зимой, закованные в кандалы и громыхающие ими при каждом движении, по внешности они ничем не отличались от прочих арестантов.

Только одно — это ничем и никогда не стирающиеся следы воспитания и образования — выделяло их из массы заключенников. Достоевский имел вид крепкого, приземистого, коренастого рабочего, хорошо выправленного и поставленного военной дисциплиной. Но сознанье безысходной, тяжкой своей доли как будто окаменяло его. Он был неповоротлив, малоподвижен и молчалив.

Его бледное, испитое, землистое лицо, испещренное темно-красными пятнами, никогда не оживлялось улыбкой, а рот открывался только для отрывистых и коротких ответов по делу или по службе. Шапку он нахлобучивал на лоб до самых бровей, взгляд имел угрюмый, сосредоточенный, неприятный, голову склонял наперед и глаза опускал в землю. Каторга его не любила, но признавала нравственный его авторитет; мрачно, не без ненависти к превосходству, смотрела она на него и молча сторонилась.

Мартьянов П. Он был в солдатской серой шинели, с красным стоячим воротником и красными же погонами, угрюм, с болезненно-бледным лицом, покрытым веснушками. Светло-русые волосы были коротко острижены, ростом он был выше среднего. Пристально оглядывая меня своими умными, серо-синими глазами, казалось, он старался заглянуть мне в душу, — что, мол, я за человек? Достоевском в Сибири". Достоевский в восприятии жены А.

Достоевской Сниткиной : 1866 г. Но лишь только заговорил, сейчас же стал моложе, и я подумала, что ему навряд ли более тридцати пяти-семи лет. Он был среднего роста и держался очень прямо.

Светло-каштановые, слегка даже рыжеватые волосы были сильно напомажены и тщательно приглажены. Но что меня поразило, так это его глаза; они были разные: один — карий, в другом зрачок расширен во весь глаз и радужины незаметно Во время приступа эпилепсии Федор Михайлович, падая, наткнулся на какой-то острый предмет и сильно поранил свой правый глаз. Он стал лечиться у проф. Юнге, и тот предписал впускать в глаз капли атропина, благодаря чему зрачок сильно расширился.

Эта двойственность глаз придавала взгляду Достоевского какое-то загадочное выражение. Лицо Достоевского, бледное и болезненное, показалось мне чрезвычайно знакомым, вероятно потому, что я раньше видела его портреты. Достоевская А. Знакомство с Достоевским. Достоевский в 1870-1880-е гг. Как будто каждый мускул на этом лице с впалыми щеками и широким и возвышенным лбом одухотворен был чувством и мыслью.

И эти чувства и мысли неудержимо просились наружу, но их не пускала железная воля этого тщедушного и плотного в то же время, с широкими плечами, тихого и угрюмого человека.

Он был весь точно замкнут на ключ — никаких движений, ни одного жеста, — только тонкие, бескровные губы нервно подергивались, когда он говорил.

А общее впечатление с первого взгляда почему-то напомнило мне солдат — из "разжалованных", — каких мне не раз случалось видать в моем детстве, — вообще напомнило тюрьму и больницу и разные "ужасы" из времен "крепостного права"... И уже одно это напоминание до глубины взволновало мне душу...

Починковская О. Но можно ли было назвать кабинетом эту бедную, угловую комнатку маленького флигелька, в которой жил и работал один из самых вдохновенных и глубоких художников нашего времени!

Прямо, у окна, стоял простой старый стол, на котором горели две свечи, лежало несколько газет и книг... У стола маленький шкаф, по другой стене рыночный диван, обитый плохим красноватым репсом; этот диван служил и кроватью Федору Михайловичу, и он же, покрытый все тем же красноватым, уже совсем вылинявшим, репсом, бросился мне в глаза через восемь лет, на первой панихиде...

Затем несколько жестких стульев, еще стол — и больше ничего. Но, конечно, все это я рассмотрел потом, а тогда ровно ничего не заметил — я увидел только сутуловатую фигуру, сидевшую перед столом, быстро обернувшуюся при моем входе и вставшую мне навстречу. Передо мною был человек небольшого роста, худощавый, но довольно широкоплечий, казавшийся гораздо моложе своих пятидесяти двух лет, с негустой русой бородою, высоким лбом, у которого поредели, но не поседели мягкие, тонкие волосы, с маленькими, светлыми карими глазами, с некрасивым и на первый взгляд простым лицом.

Но это было только первое и мгновенное впечатление — это лицо сразу и навсегда запечатлевалось в памяти, оно носило на себе отпечаток исключительной, духовной жизни. Замечалось в нем и много болезненного — кожа была тонкая, бледная, будто восковая. Лица, производящие подобное впечатление, мне приходилось несколько раз видеть в тюрьмах — это были вынесшие долгое одиночное заключение фанатики-сектанты.

Потом я скоро привык к его лицу и уже не замечал этого странного сходства и впечатления; но в тот первый вечер оно меня так поразило, что я не могу его не отметить...

Отсюда и происходила его чрезвычайная обидчивость, лучше сказать, какое-то вечное ожидание, что его сейчас могут обидеть. И он часто и видел обиду там, где другой человек, действительно ставящий себя высоко, и предполагать бы ее не мог. Дерзости, природной или благоприобретенной вследствие громких успехов и популярности, в нем тоже не было, а, как говорю, минутами точно желчный шарик какой-то подкатывал ему к груди и лопался, и он должен был выпустить эту желчь, хотя и боролся с нею всегда.

Эта борьба выражалась на его лице, — я хорошо изучила его физиономию, часто с ним видаясь. И, замечая особенную игру губ и какое-то виноватое выражение глаз, всегда знала, не что именно, но что-то злое воспоследует. Штакеншнейдер Е. Достоевский в воспоминаниях современников. Был товарищем Достоевского по Главному инженерному училищу. В 1947 году написал известный портрет молодого Достоевского, самый ранний из портретов писателя.

Ботаник, приятель брата писателя М. Достоевского по Ревельской инженерной команде. Писались они на склоне лет с опорой только на собственную память. Сам Достоевский бывал у Соллогуба до своего ареста. Автор многочисленных статей по военным, историческим, историко-литературным вопросам. Получив назначение прокурором в Семипалатинск, подружился там с Достоевским, служившим в то время солдатом.

Сниткина 1846-1918 , вторая жена, усердная помощница и друг Достоевского на протяжении наиболее плодотворных лет его творческой деятельности и нелегкой жизни 1867-1881.

Боловино-Починковская, В. Т-ва О. Починковская — писательница, автор воспоминаний и романов, имеющих по преимуществу биографический характер. Соловьева, с которым Достоевский близко сошелся в последние годы. Штакеншнейдера, сестра юриста А.

Ф. М. Достоевский в воспоминаниях современников

Для самого Достоевского творчество было постоянной внутренней потребностью, жизненным призванием, наконец общественным долгом, который надо было выполнить во что бы то ни стало, не щадя себя, и выполнить хорошо. Сделать это, разумеется, не было возможности, даже если бы он сам мог решиться на такую жизнь, на жизнь без исполнения того, что он считал своим призванием". Приковывая внимание к противоположности нищеты и богатства, приниженности и власти, писатель представлял это противоречие не как моральную, а как социальную проблему. Анненков воспроизводит в своих воспоминаниях слова Белинского, назвавшего "Бедных людей" первой попыткой "социального романа" в русской литературе. В воспоминаниях П.

Каким был этот человек в жизни? Как отразилась необыкновенная природная одаренность во внешнем облике гениального человека? Чем отличаются от обычных людей, среди которых они живут, эти избранники? Как связаны характер великого человека и его жизнь с его произведениями? Эти вопросы занимали и будут занимать самых разных людей: от простых неискушенных читателей до ученых, специалистов по психологии творчества, а также художников последующих поколений, испытавших на себе воздействие творчества великого предшественника. Творчество Достоевского давно и прочно завоевало огромную аудиторию читателей во всем мире. И чем больше проникаем мы в его грандиозный художественный космос, тем чаще задумываемся о самом создателе гениальных произведений. Современники Достоевского оставили немало воспоминаний о его характере, привычках, внешнем облике от юности и до последних лет жизни. Собранные вместе, эти воспоминания порой поражают своей противоречивостью.

Достоевский в воспоминаниях современников Ф. Юноша этот был Федор Михайлович Достоевский… Достоевский во всех отношениях был выше меня по развитости; его начитанность изумляла меня. Григорович Д. Во всем училище не было воспитанника, который бы так мало подходил к военной выправке, как Ф. Движения его были какие-то угловатые и вместе с тем порывистые.

выжито, Достоевский заметил в записной тетради (слова эти хорошо Другие современники в этом случае оказывались более прозор ливы. Одна из. Прошу вас, удержите их от повторения того, что сделано ими». Я слышал, что Достоевский имеет нервы расстроенные до беспорядочности, близкой. достоевский,воспоминаниях,современников,яновский,воспоминания,​достоевском.

.

.

.

.

.

.

ВИДЕО ПО ТЕМЕ: Преступление и наказание, часть 1, Фёдор Достоевский, аудиокнига
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Комментариев: 3
  1. Милана

    Начал читать со скептическим настроем, но под конец пришел в восторг - автор просто великолепен!

  2. Аркадий

    Доброго времени суток! Не вижу условия использования информации. Можно ли копировать написанный вами текст на свой сайт, если ставить ссылку на эту страницу?

  3. Артемий

    Следите за пульсом блогосферы на Яндекс-Блоги? Оказывается Соса-Соla раскрыла свой секретный ингредиент! Это червяки :)

Добавить комментарий

Отправляя комментарий, вы даете согласие на сбор и обработку персональных данных